načítání...
nákupní košík
Košík

je prázdný
a
b

E-kniha: Seť suďby oficera Igorja Jergašova - Vladimir Korkin

Seť suďby oficera Igorja Jergašova

Elektronická kniha: Seť suďby oficera Igorja Jergašova
Autor:

Судьба героя романа развивается замысловато и прихотливо: после ранения он отправляется в отпуск на малую ... (celý popis)
Titul je skladem - ke stažení ihned
Jazyk: ru
Médium: e-kniha
Vaše cena s DPH:  52
+
-
1,7
bo za nákup

hodnoceni - 0%hodnoceni - 0%hodnoceni - 0%hodnoceni - 0%hodnoceni - 0%   celkové hodnocení
0 hodnocení + 0 recenzí

Specifikace
Nakladatelství: » Skleněný můstek s.r.o.
Dostupné formáty
ke stažení:
PDF
Upozornění: většina e-knih je zabezpečena proti tisku
Médium: e-book
Počet stran: 197
Jazyk: ru
ADOBE DRM: bez
Ukázka: » zobrazit ukázku
Popis

Судьба героя романа развивается замысловато и прихотливо: после ранения он отправляется в отпуск на малую родину, но вместо заслуженного отдыха оказывается втянут в детективную историю, расследование которой приводит его сначала на базу современных пиратов в Африке, а затем – в руки тайного всесильного Мирового Правительства Земли, технические возможности которого далеко превосходят все достижения официальной земной науки и техники. Вынужденно скрывая свою истинную личность, герой участвует в таинственных спецоперациях, последствия которых оказываются совершенно непредсказуемыми... Так же в книгу вошел ряд фантастических рассказов писателя.

Zařazeno v kategoriích
Recenze a komentáře k titulu
Zatím žádné recenze.


Ukázka / obsah
Přepis ukázky

СЕТЬ СУДЬБЫ

ОФИЦЕРА

ИГОРЯ ЕРГАШОВА

Владимир Коркин (Миронюк)

SKLENĚNÝ MŮSTEK

KARLOVY VARY 2015


Skleněný můstek s.r.o.

Vítězná 37/58, Karlovy Vary

PSČ 360 09 IČO: 29123062 DIČ: CZ29123062

© Владимир Коркин (Миронюк) 2015

© Skleněný můstek s.r.o. 2015

ISBN 978-80-7534-001-6

Коркин Владимир (литературные псевдонимы – Владимир Никорин, Владимир

Брусника, Владимир Коркин (Миронюк)), выпускник Московскогополиграфи

ческого института (редакционно-издательский факультет) 1972г. Много лет

работал на Севере – корреспондентом окружной газеты «Красный Север»

Ямало-Ненецкого округа, городской газеты «Ухта», а также редактором

районной газеты и собкором республиканской газеты «Красное знамя»Респу

блики Коми. Шесть лет возглавлял пресс-центр Коми республиканскогокоми

тета профсоюза работников нефтяной, газовой и строительной отраслей

промышленности. В рескоме профсоюза редактировал также ведомственную

газету «За единство». На Северном Кавказе, на Кубани живет с января 1997

года. До июля 2002 года работал в газетах Краснодарского края.Публиковал

ся в газетах Тюменской области, Республики Коми, Кубани,Ростова-на-До

ну, а также в свое время в некоторых центральных изданиях, в т.ч. в газете

«Социалистическая индустрия». Награды – бронзовая медаль ВДНХ –Вы

ставка достижений народного хозяйства (за активную работу срабкоров

скими постами, разработку современных рубрик и их реальное воплощение в

жанрах на газетных площадях); знак «Отличник печати» и некоторые др.ве

домственные. Член Союза журналистов Российской Федерации. В последние

годы пишет фантастику и стихи, увлекается исторической тематикой. В

Краснодарском крае в 2009г. издал две книги прозы. В 2011 г. в Германиивыш

ли в электронном формате две книги, одну из них – «Похождения, катавасии

переумка» – продублировали на бумажном носителе. В начале 2012г. русская

редакция английского издательства «Альбион» выпустила в электронномфор

мате книгу «Три рассказа», в ноябре 2012г. это же издательство выпустило в

электронном формате и на бумажном носителе книгу «Откровения гаснущей

звезды» (в сборник вошли повесть и около десятка рассказов), в начале 2013г.

«Альбион» издал книгу «Пространство нелюбви», в которую вошли повесть,

рассказы и стихи. В третьей декаде января 2015 г. в чешском издательстве

«Skleněný můstek» издан сборник «Юго-Западный фронт и другие горизонты

событий», включающий в себя одноименную повесть и пять рассказов.


Содержание

Колея опера Игоря Ергашова

1. Боевой офицер – школьный учитель

не промах встать на пути преступника

2. Первые испытания

3. Убийство заготовителя. След взят!

4. Поиски преступников

5. О чём «шептались» Игорь и Григорий

6. Кто такой Тумашкевич?

7. Беглецы на островке Покатом

8. О чём думали следователи?

9. Другие фигуранты дела

10. Откуда золотые царские червонцы?

11. Человек из ГУЛАГовской охраны

12. Несловоохотливый бывший туз

13. Ушлый Орлович и Стас Сумской

14. Вот такой этот Стас

15. Капитан Ергашов не теряет надежду разоблачить Стаса

Сумского

16. Следы увели в Сибирь

17. Орлович выходит на контакт с убийцами заготовителя

18. Капитан в отпуске

19. Договор дороже денег?

20. Неожиданный финал

21. Дневник Игоря и размышления Григория


В плену у пиратов

или

Врата в иной мир

1. На базе пиратов

2. Что в прицеле Григория Степнякова?

3. Память цепко держит события Второй мировой

4. Чем окончилось ночное безумие с Сонитой

5. Что было на субмарине?

6. База под ледовой шапкой Антарктиды

7. Признание капрала

8. Царское золото

9. Артефакт далёкого мира

10. Под толщей Ледовитого океана

11. Исповедь под кроной кедра

12. Чертово колесо

ПАЖ «НЕБЕСНОЙ ЛЕСТНИЦЫ»

ЗЕЛЁНАЯ МОЛНИЯ

ГРЕЧКУ БОЛЬШЕ НЕ ЕДЯТ

ЗЛЮКА

ПОЛЖИЗНИ ЗА ЖЕНУ

СИРОТА

ТРИ ЕЁ САМЫХ СЧАСТЛИВЫХ ДНЯ

КАНАЛЬЯ

ЧЕРТОВ ЛИС

О СЕБЕ, О НАС

Жемчуг падал у тропы


Колея опера Игоря Ергашова

1. Боевой офицер – школьный учитель

не промах встать на пути преступника

Игорю, можно сказать, повезло: на первом году службы в Афгане его танк подбили, он чудом остался жив. Правда, ранен и контужен. Госпиталь, потом другой, уже в Союзе. Минули долгие месяцы, пока встал на ноги. Он заново учился ходить вначале на костылях, потом с тросточкой.Комиссованный офицер Игорь Ергашов взял проездные документы не в Ельничное, кродителям, чтобы не тревожить их душевное спокойствие, а в большой южный город Арагонск. Там после выхода на пенсию обосновались его дед и бабушка по отцовой линии. Деды обживали просторную трехкомнатную квартиру. Они с радостью приняли внука, прописали у себя. Работники военкомата помогли старшему лейтенанту запаса устроиться к началу нового учебного годавоенруком в среднюю школу. Честно сказать, ему нравилось возиться с пацанами,обучать их навыкам военной службы. Он был еще молод, потому, не раздумывая, сдал в следующем году вступительные экзамены на факультет иностранных языков в местный педагогический институт. Военрук, студент – заочник, да к тому же общительный человек Игорь обзавелся большим кругом приятелей, появились и друзья. Засматривались на него молоденькие учительницы.Только ни одна из них не запала в душу. Свой первый отпуск «на гражданке» он намеревался провести на море. А тут письмо от отца. Тот рассказал ему, что поедет отдыхать недели на полторы в Карелию, и приглашал последовать его примеру. Просил не беспокоиться о маме, она здорова, и о сестрёнке Виоле, у неё в семье полный порядок. Они поедут на юг к дедам, в Арагонск, оттуда помчат на электричке к морю. О деньгах, мол, пусть не беспокоится, у негохорошо оплачиваемая работа. Игорь позвонил в Ельничное, переговорил со всей семьей, заодно договорился о встрече с отцом в Питере. В условленный день отец с сыном встретились на Финляндском вокзале. Перед Аристархом вырос бравый, крепкого сложения молодой мужчина. У того от былых ран остались лишь шрамы на ногах и левой руке.

– Да здоров я! – весело рапортовал Игорь. – Чего и тебе желаю. – И ту же фразу произнес по-английски.

– Можешь поздравить студента, теперь я второкурсник. Так идем вкассу.

– Э нет. Нас ждет сюрприз: у меня в Питере институтский дружокпустил крепкие корни, сейчас приплывет на своей «тачке». Перекантуемся у него до утра на квартире, а затем с ним махнем на «жигуленке» в Карелию. Серега, кажись, всю бы свою жизнь только и делал, что рыбачил. Толк в этом знает. У меня в Ельничном не раз гостил. А вот и он.

Мужчина, примерно одних лет с Аристархом, обнял отца, похлопал того по спине, приговаривая:

– Не стареешь ведь, лесовик, а! Ну, друг, знакомь с сыном. Говорил мне, что он воевал в Афгане. Было дело, Игорь?

– Так точно, товарищ майор. Это ведь вы приезжали в нашу часть из штаба округа. Мы потом сопровождали Вас до самой границы с Союзом.

– Гляди ты, память какая! Был я у вас. Группу наших ребят тогда «духи» в плен хитростью заманили. Дело было в горах. В общем, разбирался, что и как. Да ладно, что тяжкое вспоминать. Вижу, ты здоров. Молодец. Ну, ребятки, вперед, к машине!

Приятной нежно – зеленой окраски «Жигули» ждал хозяина и егогостей. Попетляв, машина выехала на Большой проспект. «Ого, – прикинул про себя Игорь, – это что же за чин у папиного друга? Живет в таком престижном районе, и дом не слабенький, для горожан имеющих вес в обществе. И двор не аховый. Интересно».

– Проходите, не мешкайте, – пропустил Сергей Анатольевич гостей в квартиру. – А то кот улизнет. Жена с дочкой на даче, посему нет помех, чтобы потолковать наедине. Давайте, разоблачайтесь, и в ванную. А я на стол соберу.

Пока отец принимал душ, Игорь осмотрел гостиную. Его вниманиепривлек не мебельный импортный гарнитур, а развешенная на дорогойгардинной ткани коллекция холодного оружия: сабли разных эпох, шпаги, алебарды, штыки, ножи.

– Интересно? Вижу – вижу. Начало коллекции положили дед и отец. Оба кадровые военные. Родоначальник семьи воевал еще в русско – японскую, а батюшка мой в Красной армии под Варшавой получил боевое крещение.Оттуда, к слову, наша конница едва унесла ноги. У нас не любят вспоминать про то, как Пилсудский наставил нам шишек. Это я, было, подался осваиватьгражданскую специальность. Учился с твоим отцом на одном курсе. После института поработал лесничим, а потом меня забрали в органы. Дело давнее, помогобезвредить одну банду. А, вон и отец твой показался, твоя теперь очередь в ванну.

Поужинав, старые друзья вспомнили прошлое, после все завалились в постель, чтобы хорошо выспаться перед дорогой, и, задолго до началаинтенсивного движения по улицам второй российской столицы, выехать за еепределы. В те времена эта трасса ничем особенным не выделялась. И все – таки чувствовалось, что она ведет в запредельные дали, к государственнымкордонам. Нет – нет да встречались туристические автобусы. Незаметно занеприхотливым дорожным разговором машина вдавалась в глубь лесного массива.

– Тут неподалеку порыбачим на одном озерке, – пояснил хозяин авто, – может, и похлебаем свежей ушицы. К вечеру завернем в один городок. Там заночуем в гостинице. А уж после помчим к твоему другу, Аристарх. Как его, бишь, звать?

– Дядька Максим, жена его тетя Феня. Они из Суотваллы.

– Суотваллы, так Суотваллы. Лишь бы рыбалка была клёвой.

Они помчались к Выборгу. Здесь Сергей Анатольевич минут надвадцать отлучился. А потом уже рулил по знакомой ему колее. Вот и обещанное озерцо, и рыбалка. Однако ожидания оказались напрасны: не шла на крючок и спиннинг в эту пору рыбка, ни малая, ни большая. Уехали. Туристов в городке немного, потому свободных мест в гостинице оказалось достаточно.Поужинав, старики, как их про себя звал Игорь, залезли в постели с газетами. Он же вышел побродить. Внезапно прямо перед ним вырос капитан милиции.Представившись, поинтересовался:

– Вы приезжий? Турист? Один, или еще кто с вами? Документыимеются?

– Турист. А документы в гостинице, там отец с другом. Собственноговоря, в чем дело. Я что – нибудь нарушил?

– Как вас звать, кто по профессии?

– Ергашов, звать Игорем, работаю военруком в школе.

– Нормально. Видать, был в Афгане?

– Был не то слово. Я – танкист, воевал, был ранен.

– Понятно. Дело вот в чем. Сюда к нам прорвался бомж. Он вовсесоюзном розыске. А от нас до границы подать рукой. Видели его совсем недавно железнодорожники. Тот, стало быть, сошел с товарняка, станцию нашу незнает, и попёр в тупик. Там одни частные домики, ограда к ограде. Везде собаки. Но я знаю один лаз. Пожалуйста, Игорь, помоги.

– В помощи не откажу. Только пока быть спринтером не смогу.

– А бегать тебе не надобно. Вот стой возле забора у этого проулочка. Не показывайся, на собачий лай не реагируй. Я побегу к лазу и шибану оттуда бомжа. К сведению, оружия у него нет. Он рванет от меня в твою сторону, иного пути нет. Если я не догоню его, ты как – нибудь изловчись и на него вон палкой замахнись. Хотя, даже просто выйди на свет фонаря. Он поймет, что ему деваться некуда и сдастся. В драках и поножовщине не замечен.. Если по моей команде не остановится, сделаю предупредительный выстрел вверх. Он в храбрецах не числится, просто ворюжка, рисковать за так своей шкурой не станет. О, в той стороне уже собаки всполошились. Я рванул туда.

Игорь занял исходную позицию. Минут через десять послышался громкий окрик: «Стой! Стрелять буду!» И приближающийся топот ног. Игорь вышел на освещенную часть проулка. Навстречу из сумерек выбежалзапыхавшийся среднего роста человек. «Стоять!» – скомандовал Игорь. И ладонь правой руки сунул за борт куртки, будто бы доставал оружие. В нескольких метрах от него застыла невзрачная фигура тяжело дышащего бомжа. Клацнули наручники подбежавшего милиционера.

– Не стьрейльять, не стьрейльять, – я славьяньин. Я не шпик, –испуганно верещал мужичок, покорно шествуя на вокзал в дежурную комнатутранспортной милиции.

Позже капитан Вараксин рассказал Игорю, что этот бомж объявился очень давно. Его заприметили еще в Украине, где он облюбовал немецкий танк, заваленный землей в глубокой траншее, куда угодила авиабомба.

– Приграничный белорусский совхоз укрупнялся, – делилсяинформацией капитан, – ну трактористы и пошли корчевать землю в дальнемзаброшенном углу поля, где был скрыт танк. Услышав рокот техники, хануриквыскочил с вещмешок и был таков. Нашли после там продукты из обворованных им магазинов, кой – какие вещи. А в лесополосе наезженную велосипедную дорожку. Тогда и стало ясно, кто втихаря орудовал в близлежащих районах. Это человек без гражданства, без постоянного места жительства. Воровал по – мелкому, ни разу не попался. Еще раз тебе спасибо. А то ведь бомж могушмыгнуть, ушлый. Счастливо вам отдыхать у нас, в Карелии.

В гостинице его встретил отец. Он не упрекнул сына ни словом задолгое отсутствие.

– Ладно, не оправдывайся, тут все обо всём знают. Дежурная намсообщила, что ты вместе с капитаном милиции ловишь бомжа. Выпей горячего чаю с пирожками и ложись отдыхать. Утро вечера мудренее. Вставать рано. Не греми ложкой, Сергей Анатольевич видит уже третьи сны.

По дороге до Суотваллы путешественники удачно порыбачили нанебольшой речке, похлебали горячей ухи. В избе стариков они появились под вечер. Дядька Максим хворал, даже не смог подняться с кровати, чтобыпоприветствовать гостей. Тетя Феня была в эту пору у знакомой знахарки – карелки. Она пришла со снадобьями для мужа, когда мужики возились на кухне.Сергей и Аристарх выкладывали на стол съестные припасы, а Игорь растапливал печь. Аристарх, представив ей сына и своего друга, легонько прижал к груди, тихо шепча:

– Теть Феня, да ничего, обойдется, поднимется на ноги дядька Максим. Войну вон какую страшную прошел, лихоманку послевоенную преодолел. Крепкий он, жилистый. Что хоть с ним?

– Ой, не спрашивай. Поехал на рыбалку, закинул удочки с лодки. Видит, поплавок одной вроде б как затрепыхался. Поспешил дернуть удочку. Акрючок за что – то зацепился, то ли коряжка блудливая, то ли водоросль. В общем, мой дедок бултыхнулся в речку. А вода еще ознобистая, пока подгреб кберегу, пока костерок сладил, озяб весь. Домой вернулся с высокой температурой. Воспаление легких. А заодно пошли у Максима выскакивать всякиезастарелые болячки. И почки дают знать, и печень подсажена, в молодости сдружками на рыбалке и охоте любил водочкой погреться. И что – то, видать, похуже заработал, курил ведь, как скаженный. Врачи помалкивают, так меня намякише не проведешь. Жизнью много ученая, да толченая. Жду сынка. Должен вот – вот подъехать. А вы отдыхайте, я вам в пристройке постели сготовила. Там хорошо. Дух чистый. Завтраки и ужины буду готовить, а обеды уж грейте сами, я все по врачам да аптекам бегаю, да к знахарке знакомой захаживаю. Доброй вам ночи, люди мои добрые.

– Да, теть Феня, а как сложилась судьба у Гриши? Гыр Гырыча? У его родителей? – поинтересовался Аристарх.

– Он по стопам отца не пошел. Учительствует в Суотвалле. Никак,завтра сюда и нагрянет. Звонил. Далеко от хатки не отбивайтесь. Узнаешь ли его? Мужик вить, не мальчонка.

Спозаранок в домишко стариков примчал на старом венгерскоммотоцикле «Панония» Григорий Степняков. Застопорив своего легкокрылогобензинового конька, он, сверкая перламутром зубов, чуть не вприпрыжку подлетел к Аристарху, тузившему Игоря в шутливой боксерской схватке. Кто бы узнал в этом крепко слаженном, рослом мужчине прежнего мальчишку, бойкого на язык. Они обнялись, Аристарх познакомил Григория с сыном и с СергеемАнатольевичем, который мороковал над двигателем своего авто. Здесь Аристарх и узнал о судьбе отца Григория: боевой офицер, налаживая связь с гарнизонами в воюющем Афганистане, едва не угодил в плен к душманам. В Кандагаре, его, крепко покалеченного, выволок из перестрелки военный журналист. Послегоспиталя Григория Павловича комиссовали. Он стремился махнуть наСтаврополье, к родителям, да жена отговорила, увезла в свою московскую квартиру.

– Теперь командует авоськами и огородными грядкам на дачке, –пошутил Гриша.

Игорь с Григорием быстро нашли общий язык, уже на другой деньшустрая «Панония» умчала друзей к дальнему озерку, где в неприметнойпещерке хранились рыболовные снасти учителя. Отведав в обед сготовленную на скорую руку ушицу, они развалились на травке, вызванивая друг перед другом анекдоты – скороспелки, как бы мимоходом выспрашивая про победы наженском фронте. Тут Игорю не к лицу было распускать павлиний хвост, поскольку с этими делами у него был, почти что, полный швах. В его школе молодые училки ему как-то не глянулись. А познакомиться с такой, чтоб сердцезащемило, время не приспело. Зато Гриша успел половеласничать. Да и то, он же старше Игоря.

– Жениться не надумал? – поинтересовался Игорь.

– Женилка пусть еще подрастет! – расхохотался Гриша. – Успеется. Батя отыскал в Московии боевого дружка по Афгану, тот командует некой закрытой спецшколой. Советует туда поступать.

– Ты-то как к этому отнесся?

– Подумываю. А чего терять? Потихоньку разочаровался в учительской стезе. Я с детства с завистью поглядывал на офицерские погоны отца. Мама сбила с панталыку. Может, опасалась, что по окончании военного училища меня втиснут в войну. Не выдержал ее слез и причитаний: как же, один-единственный ребенок, отец за тридевять земель под пулями ходит и ты туда же!

– Да теть Валя только обрадуется, будешь в столице у нее под боком. Деды наши, друг, не молодеют. У них одна забота – видеть детей здоровыми.

– Ты прямо будто замполит. Кончай нотации, травишь душу. Попылили домой. Заверну по дороге к одной речушке, там поглядишь на одну знатную пещеру.

Собран нехитрый скарб. Мотоцикл весело преодолевал один лесистый пригорок за другим, и тут сухая тропинка подвела друзей к обрывистомуберегу. Григорий быстро нашел широкую расщелину в скале, скрытую отпосторонних глаз буйно разросшимся кустарником. Боком протиснулся и вдруг исчез. Вслед за ним нырнул в темный боковой проем Игорь. Вскоре его глаза различили фигуру друга. Гриша зажигал свечку на аспидо – черном валуне. Вспыхнул яркий огонёк. В щербастой стене пещеры проступили очертаниянебольшой ниши. Игорь медленно подошел к камню. Гриша прижалуказательный палец к губам, высыпал на фольгу немного пороха из охотничьегопатрона, положил «заряд» в нишу, чиркнул спичкой. Треск пламени и следом легкий гул, ниша как бы ожила, будто запыхтел маленький самовар.

– Вввииичччааахх, ввиччахх появись, Калевала, покажись, – произнес Григорий отчетливо. – Хозяин карельских лесов, озер, рек и гор на нас несерчай. Лучше правду нам подай. Отдаю тебе орденскую ленточку отца,раненного на войне. Приди, уму-разуму научи. Слово – мое, дело-твое. Помоги.

У Игоря по коже побежали мурашки: из ниши выплыл маленький смерч, прошелся волчком вокруг друзей, истуканами замерших на месте, и снова уплыл в нишу, растворился.

– Подскажи, Великий Хозяин, что ждет меня в Москве и после учебы в военной спецшколе? И какой путь выберет мой друг?

Дуновение сквозняка и в нише огненная строка: «Всегда будьЧеловеком. Может, тяжелая карма минует тебя». А через минуту еще строчка: «Друга ждут испытания». Тихо. Слышно журчание речных струй.

– Гриша, ведь это не фокус. Это серьезно. Хотя с первого раза поверить в сверхъестественное появление, как бы пылающих надписей,невозможно.

– Потому тебя и привел сюда. У людей, увы, покуда куцые знания оПрироде и природе вещей, о Земле. Мне думается, она по-своему жива.

Каким кратким оказалось их знакомство, однако, подружившее надолгие годы. Вскоре Григорий получил вызов из Москвы. Друзья расстались, оставшись благодарны тем мгновениям, судьбе, сблизившим их души. Через пару деньков опустел и дом стариков Станковых, тепло простившихся с ними, уехали их гости. Подъезжая к Питеру, Сергей Анатольевич как бы невзначай спросил Игоря:

– Здоровье твое пришло в норму. Группу инвалидности ведь снял. Не тянет на службу? В Армию?

– Не было такой мысли, Сергей Анатольевич. Заочно учусь нафакультете иностранных языков. Вуз думаю прежде надо закончить.

– Та-аак, – раздумчиво протянул хозяин авто, – ты человек смелый,серьезный, порядочный. Впрочем, весь в отца. Нам бы такие ребята ой какпригодились в органах.

– Это в каких же органах?

– Поначалу ещё годика два не мешало послужить в милиции. Не всё там, увы, ладно, всякие устраиваются люди, тем не менее, знал бы все азы ипремудрости работы властных структур изнутри. И диплом у тебя почти что будет в кармане. А затем я мог бы тебя взять и в нашу контору глубокого бурения, – и Сергей Анатольевич улыбнулся. – Вот у нас знание иностранных языков тебе бы крепко пригодилось.

Заметив смущение на лице Игоря, произнес:

– Подумай над моим предложением. Вечерком дома у меняпотолкуем. Полагаю, твой папаня возражать не станет, – и он легонько поддел локтем грудь Аристарха.

2. Первые испытания

До августовского городского совещания учителей оставались считанные дни. Игорю Ергашову предстояло выступить на нем, рассказать о проблемах, которые волнуют педагогический коллектив его школы. Директор посчитал, что к слову боевого офицера – афганца прислушаются с должнымвниманием. Доклад помогала готовить завуч. И вдруг звонок из приемной начальника горотдела милиции. Назавтра его приглашал для беседы в свой кабинетполковник Черновол. Игорь нисколько не сомневался, что встреча организована по рекомендации Сергея Анатольевича. Худой, длинный, как жердь, Стефан Семенович, расспросив о семье и школьных делах, долго не томил Ергашова:

– Вы ведь знаете, что криминальная обстановка в нашем Арагонске не из лучших в регионе. В коллективе немало сотрудников немолодых,некоторых вскоре ждёт заслуженный отдых. Не все новички устраивают руководство наших подразделений и горотдела. Что скрывать: некоторые прибились к нам просто ради стабильного заработка. Одни из них влились в милицейскоерусло, другие ходят, что называется, в завзятых середнячках. Нам надо пополнить ряды боевыми офицерами, кто и жизнь знает, и пороха понюхал. Можем вас сразу рекомендовать в следственный отдел. Там добрые наставники.Познакомят с документацией, инструкциями, с особенностями нашей работы.Соглашайтесь, перспектива неплохая.

– Мне служба в армии была по душе, и я не по своей воле ушел награжданку. Главное, я учусь заочно на факультете иностранных языков в педвузе. Бросать институт не хочется.

– Отчего же отказываться от учебы? Горотдел вам предоставитвозможность учиться, а там вам и карты в руки: пока свой вуз окончите, опыта у нас наберетесь, пошлем в высшую милицейскую академию, и через два – три года перед вами откроется широкая дорога. Ну, а со здоровьем, мы уже узнавали, у вас сейчас полный порядок. Знаем и о предстоящем августовском совещании учителей, договоримся с директором школы, другой педагог выступит. Так вам надо время, чтобы подумать над моим предложением?

– Отчего же. Служба в милиции наверняка не менее интересна, чем в армии.

– Вот и хорошо, значит, договорились. От меня пройдите в отдел кадров, получите представление о переводе к нам. Кадровик вам объяснит, что к чему и как. Желаю успеха.

Так Игорь Ергашов стал полноправным членом следственного отдела. Новая работа увлекла. Поначалу новичку поручали, как водится, делапростые – из серии, как подшучивали коллеги, «бытовые трагикомедии». Они не требовали глубокого анализа ситуации, истинного мастерства сыска. Словом, будничная оперативная работа. Настала пора, когда ему, познавшему механику и логику следственных действий, начали поручать вести следствие по особо важным делам. Первое убийство он раскрыл не столько благодарянакопившемуся за два года службы опыту, своему чутью, умению схватывать мельчайшие детали эпизодов дела, сколько помощи участкового милиционера. Разбитной Коля Сукно, чуть моложе Ергашова, слыл известным в милицейской средечеловеком бойким на язык и юбочником, каких еще надо поискать. И если какая – нибудь вертушка или дамочка, любительница острых ощущений, оказывала ему внимание, когда он «распускал хвост» красноречия, уж он тут старался не промахнуться, да еще и непременно выуживал для себя и оперов, которыераскручивали «ситуэйшн», определенную информацию. Вначале опер – группа, разработки и действия которой курировал сам Черновол, ну, а как же, убийство – это вам не семейные разборки, заканчивающиеся зуботычинами, полагала, что это вновь открытое дело «висяк». Казалось, на что опереться? В овраге два трупа с колото – резаными ранами, и никаких следов, их убрал ночной дождь. Оперы ничегошеньки не нашли. А вечером Никола Сукно, возвращаясь домой от «следаков», решил на всякий случай заглянуть на огонек к Нинке Блюхтиной, разбитной бабенке, порой торговавшей дома крепким «первачом». Глядишь, что – нибудь глазастая и углядела или прослышала о чём.Хозяйка только выпроводила из турлучной хатенки очередного любителя «зеленого змия» и даже не успела дверь захлопнуть, как на пороге собственной персоной участковый Сукно. В воздухе витал хмельной дух. Коля громко пошмыгалносом, приложил раскрытую ладонь к форменной фуражке. Не дав ему и слова молвить, Нинка засуетилась, запричитала:

– Хвораю вот, родименький, травку на водочке настаиваю. Будь гостем дорогим, сидай за стол, как раз ужин сбираю. – Стряхнула при этом какую – то пушинку с кителя участкового, подала ему в руки свежий рушник.

– Ты, Нин, тут мне не выплясывай. Я ведь при исполнении. – И онвнимательно осмотрел горницу. – А чья это фуражка на стуле и кого дожидается?

– Ой, та скажешь же ж, так, приблудная.

– Не финти, Нинка. Ничего себе приблудная, по всему видать немагазинная, самошивка, да вон ладная какая.

– Восподи, Никола Батькич, та утром в ларь за хлебом побегла, а она у моста возле овражка и дожидается меня. Мабуть, хто после дожжичкапоскильзнулся, да куда – нить спешил, и не стал ее сыскивать. А она под кустом и пригнездилась. А я глазастая. Глянь, вещь добрая, чего не взять, кому на базаре и торгану.

– Погоди, Блюхтина, не тараторь. Так от моста того до овражка, гдемужиков порубили, рукой подать. Уж не ты ли? А ну, собирайся, в отдел со мной пойдешь!

– Та ты чиво, начальник, – запричитала бабенка, – ну изредка могусамогончик толкануть жаждущим горяченького. А тут ты мне убивство шьешь. Та рази я подниму руку на мужика? Они меня прикармливают. Пощчади, не срами бабу дурную.

– Тогда вспоминай, не слыхала ли чего накануне, как раз в тот вечер, когда убийца тут шастал? Иль ты пособница его! – поднял участковый голос до высокой ноты.

– Колюша, командир, не мытарь так. А вот поздненько вечером я изхлева от козы Настьки верталась, слыхала издали вроде руготню. Так боязно вить, ну в дом скорее шасть и дверь на запор.

– А чего сразу не сказала, как разговор о фуражке завел?

– Ты у миня, родненький, не спрашивал.

– Ишь ты, не спрашивал! А где твоя гражданская сознательность. Так, изымаю фуражку как вещдок. И смотри у меня, никому ни гу-гу, ниполсловечка. Не то насидишься в кутузке.

– Та я шо, та я баба с понятием. Та забирай энту окаянную фуражку! На що вона мини?!

Участковые помогли Игорю выйти на мастера индивидуальногопошива, тот в ближнем райцентре обретался. С его слов и составили оперативники фоторобот. Один из сержантов, курирующий городскую мясохладобойню, без обиняков указал на рубщика мяса Шмутытько, которого в цехе звали не иначе, как гиря. Кулаки у молодого мужика, словно железные кувалды. Если погладит ими, так мало будет радости. И сам Шмутытько помог следствию. Необнаружив утром фуражки, нахлобучил на голову запасную – праздничную, дескать, моя тут вот она, на макушке. На хладобойне он всегда появлялся в такойфуражечке. Словом, Игорь припер «гирю», как говорится, к стенке. Зато другие «убойные» дела оказались сложнее.

3. Убийство заготовителя. След взят!

Он уже учился на последнем курсе педвуза, когда выдвинулся в отделе в число самых мозговитых. На окраине города коротала свой век изба –контора заготовителей сельхозпродуктов и пушнины, к которой примыкали склады. Сфера деятельности заготовителей распространялась сразу на несколькорайонов. Пушниной «заворачивал» в основном Семен Придня, живший с молодой женой в станице Предгорской. Сам с малолетства занимался охотой и знал всех в округе любителей «мягкого золота». Да еще травы целебные от населения принимал. Дела шли успешно, жил вольно, в добротном доме, в гараже юркий вездеход – УАЗик ждал очередного рейса к охотникам. В обычный день сдачи охотничьего урожая он, всегда громогласный, щедрый на угощенье начальству и коллегам, в конторе не возник. Молчал и его домашний телефон. Подождав денек, конторские разыскали участкового станицы Предгорской и попросили съездить к Семену Придне, узнать, как он там. Быть может, по лесамзаснеженным на вездеходе разъезжает, или куда с женой к родне подался погостить. Вдруг у кого из свояков день рождения, или еще там какое событие.Милиционер охотно откликнулся на просьбу городских «чинов», да и позычить меха на шапку жене своей был не против. Только дом пуст. В конторе знали, что в городе жена заготовителя имела квартиру в кооперативном доме. Это ее отец, бухгалтер большого плодоовощного совхоза подарил молодоженам насвадьбу «крышу над головой». Молодые бывали здесь наездами, когда привозили в контору пушнину и травы. Но и городская квартира оказалась заперта.Участковый дверь не ломал, зачем, а вдруг хозяева куда к своим подались. Просто пригласил мастера по изготовлению ключей и тот скоренько подобрал нужный «инструмент». Все говорило о краже: перевернуты вверх дном шкафы,вскрыта задняя стенка телевизора, покорежены холодильник, стиральная машина, вскрыт металлический ящик для охотничьего ружья и припасов. Разворочен пол, зияла глазницей пустая яма, откуда, вероятно, и вытащили денежки изолотые украшения. Все в конторе знали, что молодуха любила покрасоваться в новых серёжках и перстнях. А трупный запах витал. Молодого заготовителя нашли с проломленной головой в подполе, рядом с кадкой соленых огурцов и грибов. Супруга его была аккуратно завернута в ковер и брошена в просторной кладовке. Изнасилованная женщина с черепно-мозговой травмой готова уже была отдать богу душу. Без сознания отвезли пострадавшую в реанимацию. В городе пустили слух, мол, жена заготовителя на грани смерти, никого не узнаёт и еле дышит. А меж тем бригада самых опытных хирургов не дала угаснуть тлеющей в теле бедной женщины искре жизни.

Дело вел Ергашов. Следов убийцы не оставили: на обувь, знать,напялили бахилы, а руки надежно спрятали в перчатки. Следствие располагало немногим. Это наспех замоченные в ванной простое одеяло и простыня, на которых головорезы, очевидно, терзали молодую женщину, плюс остатки еды, предусмотрительно сваленные в помойное ведро и политые из заварногочайника. По количеству посуды выходило, что гостили здесь два человека, причем те, кого неплохо тут знали, кому доверяли, потому и открыли дверь дома в вечерний зимний час.

Круг подозреваемых сужался медленно. У семьи заготовителя были добрые отношения со многими: кому втихаря отпускали пушнину, комулечебные травы, с кем просто дружили, принимая у себя перекинуться вкартишки, постучать в домино, или посидеть за безобидным лото. В заготконторе никто накануне с молодыми супругами не встречался, у всех оказалось алиби. И когда у Игоря не осталось шансов раскрыть преступление, в отделенииреанимации вернулось сознание к Кате, жене несчастного Валерки. Она назвала имена душегубов. Ими оказались заготовитель Тимофей Сукорезов и егодружок Юрка Редкозуб, фотограф ателье Дома быта, большой любитель выпить водочки на дармовщину и поволочиться за бабенками. За подельникамиустановили плотное наблюдение. Если Редкозуб был, что называется, на виду и не мог ускользнуть из поля зрения оперативников, то Сукорезов часто разъезжал на своей «Ниве» по станицам и хуторам, занимаясь заготавкойсельхозпродуктов. Но все его маршруты тщательно отслеживались. Чтобы руки убийц не дотянулись до единственного свидетеля, Екатерину перевезли в областной центр. Одновременно в городе муссировались толки, будто жена убитогозаготовителя по-прежнему в коматозном состоянии: только по воле следователей ее не отключили от аппаратов жизнеобеспечения, в надежде на то, что очнется, хотя у врачей веры в это не осталось. А дружки сторожились: встретились за все время негласного наблюдения за ними всего раз, 8 марта, когда работники службы быта отмечали в ресторане женский праздник. Редкозуб приударил за одной «вольной птицей» – моднючей вертихвосткой парикмахером, аСукорезов «пудрил мозги» швее из женского ателье. Конечно, оба улучили момент, чтобы остаться наедине в курительной комнате. Затягиваясь импортнойсигаретой, заготовитель негромко и быстро заговорил:

– Юрок, недобитая баба отсюда далеко и мы не знаем, как она там. А вдруг очухалась? Нам нужно слинять.

– Ну, Тимоха, то ж не проблема. Места потайные у меня есть, да и у тебя тоже. Если установили «наружку», так все равно далеко не уйдем. Надо втихаря отсидеться поблизости до лета. А там, среди люда отпускного, можно и раствориться. Ксивы про запас имеем, стволы. Ты что предлагаешь?

– На Курани, у станицы Есаульской, остров Покатый. Туда никто незаглядывает. Летом одно комарье, кругом плавни. У меня там в однойоборудованной и замаскированной землянке все заранее приготовлено для того, чтобы лечь на дно. Надо еще свежих сухарей, всякой тушенки и разных банок скашами, рыбы копчёной да топлива для керосинки. Одна лодка зачалена на острове, другая на берегу речки. Что-то томит меня, уж не очухалась ли наша Катька.

Пока собратья по разбою строили свои планы, Игорь Ергашовдокладывал полковнику Черноволу о последних итогах оперативной разработки дела, условно названного «Дама в диване».

– А почему «Дама в диване», капитан? Ее же нашли в кладовке?

– Товарищ полковник, Стефан Семенович, так Катерину с разбитымчерепом завернув в ковер, рассчитывали, что задохнётся, причём бандюгипытались засунуть тело в диван, не получилось. Так и пошло, дама в диване.

– Хорошо, Ергашов, что нащупали по делу?

– Заготовитель Сукорезов и фотограф Редкозуб в нашем городе ничем себя не запятнали. Однако они три года назад жили и работали в Восточном районе соседней области. Это далеко от нас. Там они прожили несколько лет и подружились. Сукорезов работал в кооперативной торговле, а Редкозубфотокорреспондентом местной газетки. Словом, судьба их свела вместе. Обахолостяки, любители охоты и рыбалки, шастали во всю по местным женщинам легкого поведения. Вот Редкозуб и узнал от одной любовницы, что местный хирург прямо у себя дома делает любительницам «клубнички», женамвысоких чинов аборты. Все выходило шито-крыто, мужья в полном неведении, ни их честь, ни честь жен не запачкана. Журналисты, как правило, весьмапорядочные люди. А этот оказался с другого берега, решил подзаработать начёрной информации, оклад фотокорреспондента был маловат.

– И что? – спросил Черновол. – Собрал, наверное, на хирургакомпромат?

– Да уж постарался. И в том ему, возможно, помог Сукорезов. В общем, Редкозуб составил список женщин, которые втихую сделали аборт у этоговрача и, предъявив «черный список», запросил кругленькую сумму.

– Ну и стервец! – взорвался Черновол. – Мошенник, настоящиймошенник. И дальше?

– Врач прикинул, что ему прегрешения обойдутся малой кровью, если обо всем расскажет правоохранителям. Вымогательство налицо.Опергруппа пришла в редакцию районки в нужное время и в нужный час: фотограф допоздна засиделся, лепил снимкм. В его фотолаборатории нашли список женщин, сделавших «темный» аборт на дому у местного хирурга, их адреса, семейное положение и данн



       
Knihkupectví Knihy.ABZ.cz - online prodej | ABZ Knihy, a.s.
ABZ knihy, a.s.
 
 
 

Knihy.ABZ.cz - knihkupectví online -  © 2004-2018 - ABZ ABZ knihy, a.s. TOPlist